Константин Косачев в День дипломатического работника
на заседании Совета Федерации 10 февраля 2016 года



«Золотая середина» внешней политики


Как парламентская дипломатия влияет на отношения между странами

Часто именно переговоры парламентариев подготавливают почву для резонансных политических инициатив.

Вместе с главой международного Комитета Совета Федерации Константином Косачевым «Парламентская газета» вспоминает наиболее яркие сюжеты из новейшей истории России, когда парламентариям удавалось влиять на принятие важных международных решений.
72:71 в пользу России

События в августе 2008 года заставили вздрогнуть весь мир. Вторжение Грузии в Цхинвал, участие российских миротворцев в защите Южной Осетии и Абхазии, угроза военного конфликта между Россией и НАТО… Именно тогда произошёл первый острый кризис в отношениях России и Парламентской ассамблеи Совета Европы, где большая часть европарламентариев требовала развязать против нашей страны санкционную войну. Члены делегации РФ в ПАСЕ, начиная с середины августа, работали буквально и днём и ночью – они встречались с коллегами из Европы, других стран, доносили то, что на самом деле происходило в Цхинвале. Давление антироссийского блока было очень мощным – в октябре 2008 года руководство ПАСЕ всё-таки вынесло на голосование вопрос о том, чтобы признать действия России в ходе грузино-осетинского конфликта агрессией. Голосование было тайным, и всё решил в итоге всего один голос – 72 против 71 в пользу позиции России!

Константин Косачев: «В 2008 году я возглавлял делегацию России в ПАСЕ – эмоции были накалены до предела. Уверен, что тогда позиция ПАСЕ сказалась на позиции многих международных институтов и парламентов. Главное – нам удалось защитить правду и справедливость в отношении ситуации в Южной Осетии».

Проведение ассамблеи МПС сравнимо с ЧМ-2018

Сейчас 137-я Ассамблея Межпарламентского союза в Санкт-Петербурге в октябре 2017 года кажется закономерным решением – настолько этот форум, побивший многие рекорды Союза по количеству представленных стран (160) и количеству участников (более 2,5 тысячи человек), оказался удачным. Между тем саму идею проведения ассамблеи в России пытались заблокировать ещё в 2015 году на стадии обсуждения среди 18 членов исполкома Союза, высшего руководящего органа МПС. Среди них были представители пяти стран, которые присоединились к санкционной войне с РФ после событий в Крыму и Донбассе, – это Великобритания, Франция, Нидерланды, Норвегия и Япония. Но российским парламентариям в течение тяжелейших двухдневных дискуссий удалось провести переговоры со своими оппонентами так, что Россия из соперницы превратилась в желанную хозяйку 137-й Ассамблеи МПС!

Константин Косачев: «Победой нашей парламентской дипломатии можно считать всю историю с проведением питерской ассамблеи МПС от начала до конца, а не какие-то отдельные её сюжеты. Проведение у нас ассамблеи МПС и её внешнеполитический эффект сравнил бы с блестящим проведением в России чемпионата мира – 2018 по футболу. И там, и там политическим лидерам мира было показано совершенно иное лицо России, нежели то, которое рисовали во многих СМИ».

Заявление Си Цзиньпина

Визит спикера Совета Федерации ­Валентины Матвиенко в Китай в сентябре 2014 года нанёс удар по идеологам изоляции России. Тогда наша страна из-за событий на Украине стала мишенью для введения санкций – ситуацию активно раскачивали и извне и изнутри. Многие тогда ждали, какую позицию займёт лидер мировой экономики – Китай, чьё руководство хранило публичное молчание.

После долгого разговора с китайским лидером Валентина Матвиенко перед камерами журналистов вывела Си Цзиньпина на то, чтобы тот публично заявил – Китай считает недопустимым применение односторонних санкций, считает их незаконными и неконструктивными. Тогда же Си Цзиньпин заверил, что его страна заинтересована в долго­срочном сотрудничестве с РФ и этот интерес не может зависеть от мировой конъюнктуры.

Константин Косачев: «Парламентская дипломатия находится в середине двух полюсов – сдержанной официальной дипломатии и эмоциональной народной дипломатии. Это «золотая середина». Опираясь на государственные позиции, мы можем проводить зондаж мнений и восприятия нашими партнёрами каких-то идей, инициатив и говорить об этом руководству госструктур России. Подчеркну, что возможности и потенциал парламентской демократии кратно увеличиваются именно тогда, когда в геополитике наступают смутные времена».

Россия и Ливия начнут дружить парламентами
В Госдуме появится новая межпарламентская комиссия двух стран
Как в Государственной Думе выстраивается работа в рамках парламентской дипломатии, с коллегами из каких стран у депутатов сегодня налажены прочные рабочие отношения и что сейчас думают о России в ПАСЕ, «Парламентской газете» рассказал глава Комитета Госдумы по международным делам Леонид Слуцкий (ЛДПР).

– Леонид Эдуардович, как вы оцениваете развитие межпарламентских связей членов палаты?

– За последние несколько лет это развитие обрело форсированный режим на многосторонних площадках ПА ОБСЕ или в рамках Межпарламентской ассамблеи православия. Кроме того, идёт активное сотрудничество с теми странами, с которыми у Госдумы созданы межпарламентские комиссии высокого уровня. Некоторые из них имеют давнюю историю. Например, комиссия с Францией была создана в 1995 году, с Молдовой — в 1996 году, с Италией — в 1999 году. И работа только укрепляется — недавно добавилась Турция, скоро присоединится Ливия. Мы не исключаем появление ещё ряда новых комиссий в ближайшее время. В рамках этих соглашений Госдума может принимать программы сотрудничества с зарубежными парламентами, устанавливать состав делегаций, регламентировать деятельность данных делегаций совместно с Советом Федерации.

– Явный результат эта работа даёт?

– Конечно. Надо понимать, что понятие «межпарламентское сотрудничество» тесно связано с понятием «парламентская дипломатия», а она способна решать множество вопросов. Они, как правило, связаны с экономической, гуманитарной безопасностью, борьбой с международным терроризмом, с организованной преступностью, экологией.

– Парламентская дипломатия становится главным инструментом повышения эффективности международного взаимодействия?

– Уверен. Вовлечённость сотрудничающих с Госдумой парламентов в процессы принятия глобальных решений говорит о необходимости дальнейшей эволюции межпарламентского сотрудничества как важного фактора развития государства.

– Тормозят этот процесс санкционные списки, куда вы, кстати, попали одним из первых?

– Не одним из первых, а самым первым. Именно я прорывал эту блокаду, став членом российской делегации Генассамблеи ООН. Но пока из­под этих санкций никто из моих коллег не вышел. 5 декабря в Госдуме состоялась встреча депутатов во главе с председателем Вячеславом ­Володиным с президентом Национального совета Австрийской Республики Вольфгангом Соботкой. Мы говорили о том, что Австрия, пользуясь своим председательством в Совете Евросоюза, может помочь коллегам пересмотреть ситуацию с санкциями в отношении российских парламентариев. Ведь эти санкции противоречат самой природе парламентаризма. Эти санкции — воплощение архаичности и неразумности, что становится всё более очевидным в европейских кругах.

– А какие настроения по поводу России в ПАСЕ?

– В Парламентской ассамблее Совета Европы ситуация медленно, но меняется в нашу пользу. При этом подчеркну, что Российская Федерация не вернётся в ПАСЕ, пока из её устава не будут окончательно исключены дискриминационные нормы по лишению полномочий национальных официальных делегаций.

25 лет Конституции, Совету Федерации, Государственной Думе
© 2018 «Парламентская газета»